Традиционное начало присутствовало даже в революции, впрочем, не по-европейски, не в качестве сословно-юри-дической нормы, превращенной в орудие борьбы с абсолютизмом, а в ее стихийном духе, облаченном в прогресси-стско-еЕропейскую, марксистскую форму. Революция, призванная европеизировать просторы России, оказалась направленной против самих носителей Прогресса, ибо это были люди из «общества» — «баре» по народной классификации, а по революционной — «буржуи». Однако такой синтез Традиции и Прогресса — по итогам его реализации — вряд ли следует считать наиболее благоприятным и перспективным.
А возможно ли было дальнейшее развитие европейского общества по традиционному пути? Ведь именно по нему шли в Новое время народы Азии и Африки. Традиционные ценности господствуют по сей день даже в такой стране, как Япония. Впрочем, еще до революции «Мейдзи» (еще одной революции под «традиционными» лозунгами, революции-реставрации) Маркс называл ее «самой европейской страной мира»: японский феодализм был ближе «эталону» феодальной модели общества даже больше, чем феодализм французский, на основе которого эта модель выстраивалась историками.
Но нас сейчас интересует именно Европа. Что было бы с ней, если бы Новый Свет не был открыт? Если бы на земном шаре вовсе не существовало Американского континента?
В конце концов, Колумб не искал Новый Свет, он стремился в Азию, берег которой по его расчетам — точнее, расчетам Тосканелли — должен был лежать примерно на том же удалении от Европы, на котором им была открыта Америка: истинных размеров Земли наука того времени еще не знала. Пересечь наш воображаемый Тихо-Атлантический океан Колумб и его современники при всем прогрессе тогдашнего кораблестроения вряд ли смогли бы: истратив запасы пресной воды, они повернули бы назад и, возможно, даже надолго отказались бы от гипотезы о шарообразности Земли.
Вместо того чтобы искать новые пути в Индию, правители Испании — Габсбургский дом — воспользовались бы теми, которые португальские мореходы проложили вокруг Африки. Достаточно было прибрать к рукам саму Португалию, что, собственно, и осуществили испанцы в 1581 году.
После того как в результате кругосветного путешествия Магеллана Испания окончательно утвердилась в качестве великой морской державы, был осуществлен раздел мира, по которому за Испанией было закреплено право на Западную Атлантику, Америку и Тихий океан; португальцам же достались Африка с прибрежными водами и Индийский океан. Однако любой раздел мира, как учит история, это только шаг к мировому господству, и поражение в Марокко португальской экспедиции стало для Испании сигналом к захвату этой страны.