Впрочем, здесь стоит вспомнить высказывание Джава-харлала Неру об индийских Виртуальных Модельерах, пошедших на поводу у жизненной практики:
«…Когда мысль утратила свою взрывчатость и созидательную силу и стала смиренным слугой отжившей и бессмысленной практики, бормочущим старые слова и боящимся всего нового, тогда и жизнь оказалась застойной, связанной и заключенной в тюрьму, созданную собственными руками».
Давайте поговорим о созидательной силе и взрывчатости конфуцианской мысли.
Конфуцианская мысль, безусловно, обладала созидательной силой. А вот о ее взрывчатости говорить как-то не получается. Не к лицу, мы бы сказали, конфуцианству взрывчатость. Ведь конфуцианство распространяло принципы семейной жизни практически на все сферы жизни общества. К этому в общем и сводится суть конфуцианства как рабочей модели человеческого поведения. Вероятно, большинство читателей согласится с нами, что взрывчатость семейной жизни противопоказана. Даже если речь идет о современной семье, в которую проникли новейшие концепции человеческой свободы. Что же говорить о семье патриархальной, глава которой не только призван пресекать всяческую взрывчатость, но и обладает для этого действенными средствами? Яркий тому пример дает нам русекая литература. Вспомните «Капитанскую дочку» Александра Сергеевича Пушкина. Мать главной героини этого произведения, жена коменданта Белогорской крепости, считает своим долгом по мере сил помогать мужу в управлении вверенным ему гарнизоном. При этом означенная достойнейшая дама руководствуется принципами семейными и патриархальными, которые предписывают строго пресекать всяческие проявления взрывчатости. Примерена суд матушки-комендантши вынесен случай драки («в бане из-за шайки горячей воды»). Вердикт: «Разберись, кто прав, кто виноват, да обоих и накажи».
Эпизод вполне в конфуцианском духе. За исключением одной детали. Властные полномочия берет в свои руки женщина. К власти женщин конфуцианцы относились крайне неодобрительно, даже если эта власть осуществлялась не прямо, а косвенно. Одна из важнейших конфуцианских заповедей, адресованная главе государства, гласит: «Не слушай того, что тебе говорят жена и наложницы». В связи с этим вспомним, что адмирал Чжэн Хэ был евнухом императорского гарема. А надо сказать, что эта специфическая категория людей в том, что касалось влияния на политику, иногда конкурировала с конфуцианскими чиновниками. При этом следует учитывать, что императорские евнухи имели самое непосредственное отношение к наиболее интимным сторонам жизни главы государства. (Можно предположить, что определенную роль в этом могли играть элементы взрывчатости, которые присутствуют порой в жизни и менее многочисленных семейных коллективов, чем императорский гарем.)