Главными предметами на экзаменах на чин были классическая китайская литература и философия — конфуцианская философия. Живший две с половиной тысячи лет назад Конфуций считался гением-покровителем ученых чиновников, как, впрочем, и всех китайцев вообще. О сути конфуцианской философии лучше рассказать, отвечая на второй, поставленный в начале этой главы вопрос. Давайте перейдем к нему.
Итак, вопрос второй: можно ли было в рамках структур, созданных китайскими учеными чиновниками, активно действовать в реальности, одновременно отрешаясь от нее. Теперь мы можем этот вопрос сформулировать несколько иначе: позволяло ли конфуцианство найти компромисс между потусторонностью и «посюсторонностью», делавший столь эффективными такие рабочие модели человеческого поведения, как буддизм и католицизм.
Для этого надо сказать несколько слов о доктрине Конфуция, определявшей принципы отношений человека и государства, в тогдашней интерпретации — подданных и государя. Доктрина эта была стержнем конфуцианской философии и сводилась в самых общих чертах к уподоблению государства большой патриархальной семье, в которой император играет роль заботливого отца, а подданные — послушных, почтительных детей.
Император для блага своих детей-подданных может наказывать их. Надо сказать, что традиционный китайский менталитет берет в расчет личность лишь как элемент коллектива. Поэтому благо подданных понимается как общее благо, то есть благо общества. Ради него лица «с отклоняющимся поведением» могут быть даже и казнены.