Вернемся, однако же, во времена доброго короля Карла II. Итак, можно сказать, созрели все причины, способствующие тому, чтобы под его высоким покровительством было создано открытое сообщество ученых. И оно было создано. И названо соответственно — Королевское общество. Это была первая в Европе Академия наук современного типа.
Королевское общество не знало никаких сословных, кастовых барьеров. Среди первых его членов наряду с принцами крови были люди, подобные голландскому лавочнику Антони ван Левенгуку, занимавшемуся на досуге шлифовкой линз и ставшему отцом микробиологии (его линзы стали первыми микроскопами). Вообще, в тот период науке служили люди самые неожиданные — вроде упоминавшегося нами несколькими страницами раньше пирата и гидрографа Уильяма Дам-пира. С другой стороны, вокруг Королевского общества была создана атмосфера, способствовавшая поднятию его престижа и проявлению к нему общественного интереса. Даже стиль развлечений фавориток отнюдь не страдавшего ханжеством Карла II способствовал повышению в обществе интереса к науке. Так, один из первых научных докладов о тайнах Сто-унхенджа был сделан как-то утром в королевской опочивальне для Карла II и одной из его фавориток.
Выдающихся ученых возводили в рыцарское достоинство, жаловали им дворянские титулы, вводили в состав палаты лордов.
Так что уже не только удовлетворение собственного любопытства становилось наградой ученому за его службу обществу. И ученые несли свою службу не за страх, а за совесть, проявляя часто доблесть воистину рыцарскую, — ставили на себе медицинские эксперименты, спускались в кратеры действующих вулканов, подвергали себя тяготам и опасностям экспедиций «за тридевять морей», ведь открытые за океаном новые земли надо было описать, нанести на карту, изучить их природу и обитателей.