Мода также служила тем, кто ринулся в Неведомое. А может, и наоборот — не служила, а взяла на службу — на службу культу Прекрасной Дамы. Потому что Красота — это, наверное, все-таки цель, а не средство. На этом, читатель, позвольте поставить точку. Потому что авторы чувствуют, что их, как говорил Остап Берта Мария Бендер, понесло. Понесло в неведомые просторы. Неведомые и беспредельные. А размеры нашей книги, увы, имеют пределы. Быть может, мы напишем о культе Прекрасной Дамы отдельную книгу, может быть, даже серию книг. Очень хочется! Но… Кроме слова «хочется» есть, увы, и слово «надо». А нам надо ставить точку и переходить к завершающей части. До этого мы излагали материал очень широко — и во времени, и в пространстве. Поэтому получилось несколько схематично. А в этой, последней части дается развернутый портрет Европы, вступающей в эпоху Великих географических открытий. О ее надеждах на рубеже XV и XVI веков и о том, как сбылись эти надежды. Часть эта называется, соответственно, «Открытие Европы».
Наступление шестнадцатого столетия от Рождества Христова при дворах Европы праздновали как начало Золотого века, сменяющего век Железный. Умершая эпоха уже получила название Средневековья, а нынешний день — и, главное, день грядущий — Нового времени. И, надо сказать, основания для надежд на новую и лучшую жизнь у европейцев конца XV столетия были серьезные.
Со Средними веками ушло в прошлое время нашествий, завоеваний, столетних и тысячелетних (!) войн: гражданских, междоусобных, пограничных, войн между католиками, еретиками и неверными, между папами, императорами и королями, между владетельными сеньорами, прелатами и городами, между замками, коммунами и приходами, между цехами, кланами и семьями. Война «всех против всех» стала символом Средневековья, рожденного в огне Великого переселения народов, в жилах которого, подобно Дракону Евгения Шварца, текла «кровь мертвых гуннов» с Каталаунс-ких полей. Его символом и властелином был рыцарь в броне; душой средневекового общества была военная элита (а духовенство, как ни парадоксально, его головой).
А кoнeцXV века был временем, когда, казалось, мир вырвался из круговорота массовых насильственных смертей.