Вот для того чтобы никто не мог навязывать бурам и зулусам язык Шекспира и Диккенса, и была создана система апартеида. Поскольку на юге Африки этническое деление часто совпадает с расовым, разделение это проводилось, преимущественно, по расовому признаку — существовали, к примеру, кроме университетов для белых, и университеты для черных, в которых белым учиться было запрещено. Как ни странно, эта замечательная система была осуждена международным сообществом как форма расизма.
Системе апартеида нельзя было отказать в последовательности. Запрещено было не только совместное обучение представителей разных рас, но и более интимные и важные для продолжения человеческого рода формы межрасового общения. Эти формы общения карались в уголовном порядке. Справедливости ради надо сказать, что наказанию подлежали обе стороны, вступившие в эти, запрещенные законом отношения. Да, обе стороны — и черная, и белая. Принцип равенства перед законом в этом отношении соблюдался. В этом смысле апартеид был ближе к кастовой системе, чем формы расизма, практиковавшиеся белыми рабовладельцами в США или, к примеру, в Бразилии. Героине популярного сериала мулатке Изауре, конечно, сложно (но не вполне невозможно) было претендовать на роль законной супруги белого плантатора. Но не осложненные узами брака нежные чувства белого плантатора к темнокожей рабыне уголовному наказанию, во всяком случае, не подлежали. В странах Латинской Америки не подлежали они и сколько-нибудь строгому моральному осуждению. В США с этим было несколько сложнее, тем не менее, потомки от смешанных браков составляют весьма заметную долю населения этой страны.